Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Марка

На Красной площади парад

7 ноября 1941 года.
Константин Симонов "Живые и мёртвые".
"Если бы глядевший в сторону этого полка Серпилин мог на таком расстоянии видеть лица солдат, он увидел бы в первой шеренге правофлангового батальона знакомую длинную фигуру своего бывшего адъютанта в старой замызганной шапке и новом, коротковатом полушубке, с автоматом на груди.

Дивизии, в которой когда-то, в начале войны, был комиссаром Максимов и в которой сейчас служил Синцов, на следующий день после боев у кирпичного завода выпала доля, редко кому выпадавшая под Москвой в те месяцы. Вместо того чтобы, как обычно, пополнить прямо на передовой, ее сменили и отвели во фронтовой тыл. Правда, несмотря на тяжелые, доходившие до двух третей состава, потери, пополняли ее в тылу недолго, всего пять дней, а на шестой уже подняли по тревоге. Штаб дивизии, артиллерийский и два стрелковых полка тут же, в ночь, перебросили через Москву за Подольск, где вновь угрожающе продвинулись вперед немцы, и только один полк задержали на день в Москве, для участия в параде.

Команды «смирно» еще не было подано. В строю переговаривались о том, как их бросят после парада на фронт: своим ходом, на машинах или эшелоном? "
Марка

22 июня

Папа

В доме у отца не было радиоприёмника. Он увидел, как все побежали в сторону рынка, где был громкоговоритель. Оттуда он сразу побежал в военкомат. Ему было 18 лет. Он только что перешёл на второй курс мехмата Ростовского университета.

Дедушка
Туда же поспешил и дедушка
Марка

Крым – край, напоминающий рай.

Балаклава. Музей-штольня.
Отец Ирины – двоюродный брат моей мамы Игорь Александрович Григорович - капитан 1-го ранга. Выпускник Севастопольского училища 1953 года, окончил минно-торпедный факультет. 1931-2011. После окончания училища проходил службу: 1953-1955 гг. – командиром БЧ-2-3 дизельной ПЛ, ЧФ. 1955-1956 гг. – помощник командира ПЛ. 1957 г.- обучение на курсах командиров ПЛ, г. Ленинград. 1957-1967 г.- старпом, командир средней ПЛ на ЧФ.1967-1969 гг. – военный советник в Египте. 1969-1973 гг.- командир большой ПЛ на ЧФ. Участник боевых действий. Уволен с действительной службы в 1973 году по болезни. После увольнения с 1974 года работал инженером лаборатории «Борт». И поэтому Ирина горит желанием познакомить нас с музеем-штольней подводных лодок в Балаклаве. Мы всей душой разделяем это желание!
img273
Collapse )
Марка

Затмение.

"Копи царя Соломона"

– Смотри, о король! – вскричал я. – Смотри, Гагула! Смотрите и вы, вожди, воины и женщины! Скажите, держат ли свое слово белые жители звезд или они пустые лжецы? Луна темнеет на ваших глазах; скоро наступит полный мрак, да, мрак, в час полнолуния! Вы просили чуда – вот оно! Гасни, о Луна! Потуши же свой свет, ты, чистая и непорочная, сломи гордые сердца кукуанов, окутай глубоким мраком весь мир!

Вопль ужаса вырвался у всех присутствующих. Толпа окаменела от страха; некоторые с криками бросились на колени и начали громко причитать. Что касается Твалы, он сидел неподвижно, оцепенев от страха, и я увидел, что, несмотря на свою темную кожу, он побледнел. Только одна Гагула не испугалась.

– Тень пройдет! – кричала она. – Не боитесь, в своей жизни я видела это не раз! Ни один человек не может погасить Луну. Не падайте духом! Все равно это пройдет!

– Подождите, и вы еще не то увидите, – кричал я в ответ, подпрыгивая на месте от волнения. – «О Луна! Луна! Луна! Почему ты так холодна и непостоянна?»

Эта подходящая цитата была позаимствована мною из одного весьма популярного любовного романа, который я случайно где-то читал. Теперь, вспоминая это, я думаю, что с моей стороны было весьма неблагодарным оскорблять владычицу небес, так как в тот вечер она доказала, что была нашим самым верным другом, и, в сущности, меня не должно было трогать то, как она себя вела в романе по отношению к пылкому влюбленному. И, обращаясь к капитану, я добавил:

– Ну, а теперь валяйте вы. Гуд: я не помню больше никаких стихов. Прошу вас, начинайте снова ругаться, дружище!

Гуд с величайшей готовностью отозвался на мой призыв к его таланту. Я никогда не предполагал, как виртуозно может ругаться морской офицер и сколь необъятны его способности в этой области. В течение десяти минут он ругался без передышки, причем почти ни разу не повторился.

Тем временем темное кольцо все больше закрывало лунный диск, и огромная толпа в полном молчании, как зачарованная, пристально глядела на небо, не в силах отвести глаз от этого поразительного зрелища. Странные, жуткие тени поглощали свет Луны. Царила зловещая тишина. Все замерло, словно скованное дыханием смерти. Медленно текло время среди этого торжественного безмолвия. С каждой минутой полный диск Луны все более и более входил в тень Земли, и тьма неумолимо и величественно наплывала на лунные кратеры. Казалось, что огромный бледный шар приблизился к земле и стал еще больше. Луна приобрела медный оттенок, а затем та часть ее поверхности, которая не была еще охвачена мраком, стала пепельно-серой, и, наконец, перед наступлением полного затмения сквозь багровый туман вырисовались зловещие, мерцающие очертания лунных гор и равнин.

Кольцо тени все больше и больше закрывало луну – оно теперь уже заволокло более половины ее кроваво-красного диска. Стало душно. А тень наползала все дальше и дальше, багровая мгла сгущалась все больше и больше, и мы уже едва могли различить свирепые лица находившихся около нас людей. Толпа безмолвствовала, и Гуд прекратил ругаться.

– Луна умирает – белые волшебники убили Луну! – вдруг громко закричал Скрагга. – Мы все теперь погибнем во мраке!

И, объятый не то яростью, не то ужасом, а может быть, и тем и другим, он поднял свое копье и изо всей силы ударил дм сэра Генри в грудь. Но он забыл про кольчуги, подаренные нам королем, которые мы носили под одеждой. Копье его отскочило, не причинив никакого вреда, и, прежде чем он успел нанести второй удар, Куртис вырвал у него оружие и пронзил его насквозь. Скрагга упал мертвый.

Увидев это, девушки, уже обезумевшие от ужаса при виде сгущающейся тьмы и зловещей тени, которая, как они думали, поглощает Луну, пронзительно закричали и в дикой панике бросились бежать к воротам крааля. Но паника охватила не только девушек. Сам король в сопровождении своих телохранителей и нескольких вождей, а также Гагула, которая умела ковылять с необычайным проворством, кинулись в хижины.

Минуту спустя площадь опустела, остались только мы, Фулата, Инфадус, большая часть посетивших нас ночью военачальников и бездыханное тело Скрагги, сына Твалы.

– Вожди! – воскликнул я. – Мы совершили чудо, которое вы от нас требовали. Если вы удовлетворены, нам немедленно нужно оставить Луу и бежать в то место, о котором вы говорили. Наши чары будут продолжаться час и еще полчаса. Приостановить их действие мы сейчас не можем. Воспользуемся же темнотой!
Марка

С Днем Победы! С юбилеем освобождения Севастополя!


Освобождение Крыма началось 8 апреля 1944 года. Советские войска прорвали линию фронта в северной его части и на Керченском полуострове. Несмотря на отчаянное сопротивление врага, кольцо окружения неумолимо сжималось. 16 апреля наши войска вышли к основному оборонительному рубежу противника в районе Севастополя.


Мне было 11 лет. О счастье – родители отправили меня на вторую смену в пионерлагерь министерства ВМФ «Южный» в Крыму. Именно там на экскурсии я услышала, как был освобожден Севастополь ровно за год до Великой победы. О героической 250-дневной обороне Севастополя я кое-что знала, а вот о том, как освобождали Севастополь – услышала именно там.

И началась наша экскурсия на Сапун-горе
Collapse )
Марка

Знамя над рейхсканцелярией

В школе, где я училась, был (да есть и сейчас) Музей боевой славы, посвященный боевому пути 301 стрелковой дивизии.
И воевала в составе этой дивизии женщина, чье имя носил наш пионерский отряд, а впоследствии комсомольская группа – Анна Владимировна Никулина, гвардии майор, водрузившая знамя над имперской канцелярией, кавалер 16 боевых наград, участница Парада Победы. Каждый год 9 мая Анна Владимировна приезжала к нам в школу – в этот день устраивался слет-встреча ветеранов 301 дивизии с школьниками. Скажу, что я не была активным участником отряда «красных следопытов», в мои обязанности при подготовке к празднику Победы входило пригласить отца, и отнести на почту поздравительные письма ветеранам. С Анной Владимировной общалась наша инициативная группа, а я тихо стояла в сторонке и слушала ее рассказы. Она ушла на фронт, оставив дома двух детей, была инструктором политотдела. Да, бывало и такое - отрядам присваивались имена не только погибших, но и здравствующих героев.
Прошло много лет – и наступил очередной юбилей Победы. Я была студенткой 4 курса филологического факультета МГУ. Нас собрали на торжественное заседание в аудитории №9 корпуса гуманитарных факультетов (в просторечии «стекляшки»), и я, проходя по коридору, вдруг увидела Анну Владимировну при полном параде. Я не решилась к ней подойти, но страшно пожалела, что нет у меня под рукой поздравительной открытки, а купить ее я не успевала – нас подгоняли: «Скорее! Скорее!» Звучали торжественные речи, а я написала на листочке записку, в которой поздравила Никулину от лица школы № 870, нашей классной руководительницы Соболевой Юлии Петровны, и от себя лично, хотя была уверена, что она даже не знает о моем существовании – я же не была активисткой.
Как же я ошибалась! Анна Владимировна властным голосом прерывает торжественно-официальную часть, зачитывает мою записку – и…. плачет, и только повторяет: «Ларисочка, какая встреча!» Я сидела и краснела, но она заставила меня выйти к трибуне и расцеловала.
Ее уже давно нет с нами, как и всех тех ветеранов, кто приходил к нам в школу. Уходят от нас ветераны, их осталось так немного!
Низкий вам поклон!